Озёрная деревня Арайши.

Никто так не умел изолироваться от всякой заразы, как древние латгалы, строившие свои дома прямо на воде.

«Самоизоляция» — это слово стало самым популярным за последний месяц. Обсуждается всё — как обезопасить себя и своих близких от вредных вирусов, как организовать быт в ограниченном пространстве, как поддерживать в здоровом теле здоровый дух, в детях — необходимый уровень образования, в работоспособном населении — способность к работе, как обеспечить всеобщий досуг и культурное развитие, и многие прочие 'как'. Но лучше всех про изоляцию и безопасность знали латгалы, жившие в IX–X веках на территории нынешней Латвии и строившие свои деревни прямо на воде. 

Озёра были огромные, а вот поселения совсем небольшими — около двух десятков домов тесной кучкой. К центру входами, к неприятелям глухими стенами с окошками-бойницами. Между рядами домов были улочки шириной от полутора до трех метров (о безопасной дистанции знали уже тогда). И возводились такие деревни на бревенчатых платформах посреди озера.  Вода защищала жителей от многих неприятностей — вредных соседей, воинственных кочевников, хищников и прочих вирусов. И образ жизни этих людей был незатейлив. В домах с низким входом и высоким порогом (на тот случай если непрошеный гость захочет протиснуться в дом, то было бы сподручнее бить его по голове бревном), было единственное помещение с очагом посередине и бревенчатыми… даже не скамейками, скорее настилами, по периметру. Здесь забивали каких-нибудь уток, чистили рыбу, готовили, ели, спали, любили, растили детей и некрупную скотину, что-нибудь мастерили, и, возможно! , даже были счастливы (или счастье изобрели чуть позже, в век гуманизма?). Во всяком случае, эти ребята жили своей полноценной жизнью в условиях жёсткой самоизоляции на семи квадратных метрах на семью. И это была их норма жизни. Как сильно изменилась эта норма за несколько веков развития человечества, и для всех ли она изменилась — вопрос не имеющий никакого отношения к данной статье.

Пример похвальной сознательности древних можно увидеть и сейчас, в деревне Арайши, в семи километрах от Цесиса, в Латвии.